Похоже, мы стоим на пороге качественного сдвига в человечес­кой природе, возникшего, возможно, не без помощи Единого информационного поля Мирового океана, если вспомнить то, о чем мы уже успели поговорить. Во всяком случае, сегодня в ученом мире все чаще говорят о появлении нового вида челове­ка — так называемых «детей Индиго». Если в мире до сих пор существовали два способа получения знания — через слово, как традиционно принято на Западе, и через подражание ученика учителю, как это принято на Востоке, то «дети Индиго» черпа­ют свои знания... неизвестно откуда.

В 1980 г. американская ясновидящая Нэнси Энн Тэпп впер­вые увидела у новорожденного ауру темно-синего цвета. Заин­тересовавшись, она обследовала целую группу детей в возрасте от 5 до 7 лет и у многих обнаружила подобную ауру. Самое глав­ное заключалось в том, что эти дети — Тэпп назвала их «дети Индиго» — разительно отличались от своих сверстников.

По словам Энн Тэпп, цвет индиго - это цвет жизни этих детей. «Я смотрю на людей сквозь призму их цвета жизни для того, чтобы лучше понять, какова их миссия здесь, на земном плане, какой урок они пришли выучить в этой жизни, какова их жизненная программа, — говорит Энн. — В начале 1980-х гг. я почувствовала, что появилась насущная необходимость доба­вить к моей системе еще два цвета, так как два других из нее исчезли. Совершенно исчез цвет фуксии, а пурпурный цвет из­рядно "поизносился". Поэтому я подумала, что два этих жиз­ненных цвета, должно быть, будут заменены. Я была удивлена, когда обнаружила одного человека с цветом фуксии в Палм Спрингс, потому что этот цвет, казалось, "вышел из употребления" в начале века.

Я говорила всем, что на смену исчезнувшим должны появить­ся два новых цвета, но какими они будут, я не знала. Когда я стала пытаться определить их, то "увидела" Индиго. Занима­ясь исследованиями в Государственном университете в Сан-Диего, я хотела создать всестороннюю психологическую школу, которая могла бы противостоять академическому критицизму. В то время со мной сотрудничал психотерапевт, доктор Мак-Грегор. Я пытаюсь припомнить имя еще одного доктора, но не могу. Он работал в детской больнице. Его жена родила ребен­ка. Ребенок появился на свет с сильными шумами в сердце. Его отец позвонил мне с просьбой посмотреть мальчика. И вот тог­да я обнаружила, что у этого ребенка новый цвет, которого не было в моей системе. Младенец умер спустя шесть недель, и у меня не было возможности наблюдать за ним в дальнейшем. Тем не менее это был первый случай в моей практике, который наглядно показал мне, что дети изменились. Именно с того вре­мени я стала пристально за ними наблюдать».
Она не придала этому большого значения до 1980 г., когда начала писать свою книгу. На это ушло два года, и в 1982 г. вышло первое издание, а в 1986 г. — второе.

Позднее она дала определение этому явлению и начала его изучать на конкретных примерах. Главное, что она обнаружила: у таких детей совершенно иная жизненная программа. В возрас­те 26-27 лет их ожидают большие перемены. Эти перемены бу­дут состоять в том, что цель их жизни станет им ясна. Те из них, кто постарше, будут полностью уверены в том, что они делают, а те, что помоложе, начнут наконец понимать, что они собирают­ся делать в этой жизни...

Индиго — это «компьютеризованные» дети, а это значит, что в своих поступках они руководствуются больше головой, чем сердцем. Эти дети приходят с неким набором правил ментальной визуализации. Они знают, что если смогут что-то особенно выделить, это будет им принадлежать.

Это технологически ориентированные дети, и, возможно, развитие технологии в ближайшие десять лет достигнет тако­го уровня, о котором мы не смели даже мечтать. Во всяком случае, в возрасте трех-четырех лет эти дети понимают ком­пьютер так, как не могут иные взрослые.

«В последнее время, — пишет Энн, — я часто говорю своим студентам, что если мы на самом деле верим в свои истоки, если мы верим в Библию, то в ней сказано: "Земля же была безвидна и пуста и тьма над бездною". То есть тьма всегда была. И сказал Господь: "Да будет Свет!" Он создал Добро — Он создал Свет. Он не создавал тьму, а она всегда там была. И весь Его творчес­кий процесс был лишь отделением. Он отделил ночь от дня, свет от тьмы, землю от небес, твердь земную от воздуха, сушу от воды».

Теперь, после столь эмонационального пояснения, обра­тимся к мнению ученых. Вот что отмечал в своей книге «Ге­ниальность и генетика» выдающийся отечественный генетик В. П. Эфроимсон, говоря о вопросе отбора одаренных детей и путях коренного улучшения системы образования.
«Если гениальность (одаренность, высочайшая талантли­вость) дана от природы, если "гениями рождаются", то меша­ет реализации гениальности общество. Значит, если в обще­стве, которое хочет считаться справедливым, не появляется масса гениальных людей, значит, в этом обществе что-то обсто­ит не лучшим образом. Значит, что-то в этом обществе неспра­ведливо устроено... И вместо серьезного научного анализа, вме­сто попыток ответить на вопрос, что же мешает реализации гениев, навешивались ярлыки и звучали небезопасные обви­нения в переносе на человека законов "звериного мира", в под­ходе к человеку как животному, во всех тех несуществующих грехах, в которых социобиологию обвиняют и осуждают деся­тилетия».

И далее: «В ходе биологической эволюции создался мозг с такими гигантскими потенциями, что даже в нашем сверхциви­лизованном и требующем большого количества навыков и уме­ний обществе они чрезвычайно редко реализуются.
Это кажется настолько невероятным, что многие все же пред­почитают соглашаться с тем, что гении и впрямь падают с неба. Но элементарные знания истории древнего человека доказыва­ют нам, что ничего невероятного нет в таком запасе прочности интеллекта».

Однако после кардинальных изменений в нашем обществе кое-что начинает меняться и в этом вопросе. Во всяком случае, определения «детей Индиго» не вызвали в ученой среде резкого отторжения. Более того, сами ученые установили, что у них хо­рошо развиты оба полушария, а диапазон частот электромагнит­ного излучения их биотоков в три раза больше, чем у обычного человека. Коэффициент умственного развития у них порядка 130-140 , тогда как среди обычных людей подобный показатель может быть лишь у одного из 10 тыс. Они обладают высоко­развитым сознанием и повышенной восприимчивостью. За одну секунду они успевают подумать о десятках невероятных веи*ей. Что касается цвета ауры, то здесь, по-видимому, присутствует вовсе не метафизика. Во всяком случае, можно сослаться на кни­гу доктора философии Хартмана Тэйлора, изданную в 1998 г. под названием «Цветовой код: еще один способ увидеть себя, свои отношения и свою жизнь». Книга Тэйлора не связана с про­блемой «детей Индиго», а рассказывает о средневековой и гип-пократовой системах деления людей по типу темперамента на сангвинников, меланхоликов, флегматиков и холериков, и о том, какой цвет им соответствует: красный, голубой, белый, желтый. Таким образом, действительно просматривается связь челове­ческого характера именно с цветом.

Доктор медицинских наук Ирина Фрейман утверждает, что в лице «детей Индиго» на Земле появился новый вид «хомо сапи-енс». Достаточно сказать, что их иммунная система в 25 раз сильнее, чем у обычного человека. В 3-4 года эти дети действительно понимают компьютер лучше, чем многие взрослые. А к школь­ному возрасту у них довольно четко определяются способности к какой-то конкретной деятельности.

Прежде чем говорить о существующих нескольких типах «де­тей Индиго», следует ознакомиться с наиболее общими поведен­ческими моделями, характерными для них.

Они приходят в этот мир с ощущением своей царственно­сти (и часто ведут себя соответствующим образом). Они чув­ствуют, что «заслужили быть здесь», и бывают весьма удив­лены тем, что другие не всегда разделяют их мнение. Они не сомневаются в своей значимости. Нередко они сообщают ро­дителям, «кто они есть». У них нет абсолютных авторитетов, они не считают нужным объяснять свои поступки и признают только свободу выбора. Они вообще не делают некоторых ве­щей: например, для них невыносимо стоять в очереди. Они теря­ются, соприкасаясь с консервантивными системами, где вместо проявления творческой мысли строго соблюдаются традиции. Они часто видят более рациональный способ сделать что-то в школе или дома, однако окружающие воспринимают это как «нарушение правил» и их нежелание приспосабливаться к су­ществующей системе. Они кажутся некоммуникабельными, если не находятся в компании себе подобных. Если рядом нет никого, обладающего подобным же менталитетом, они часто за­мыкаются в себе, чувствуя, что никто в этом мире их не пони­мает. Поэтому установление социальных связей в период обу­чения для них представляет немалую сложность. Они никак не отзываются на обвинения в нарушении дисциплины (к за­явлениям типа: «Вот подожди, придет отец, узнает, что ты на­творил, тогда увидишь...» они остаются глухи). Они не стес­няются, давая вам понять, в чем испытывают нужду.

Ученые, наблюдая за ними, подразделяют их на четыре группы.
Первая — так называемые «гуманисты», нацеленные на ра боту с людьми. В будущем они могут стать учителями, врач! ми, юристами, бизнесменами и политиками. Они отличаются не только кипучей деятельностью, но и явной коммуникабель-ностью. Физически нередко неуклюжи. У них очень стойкие убеждения. В детстве эти дети не могут понять, как можно ш рать с одной игрушкой. Они вываливают из ящиков все, а за­тем могут играть или же вообще ни к чему не притронуться. Читают буквально запоем, забывая обо всем на свете.
Вторая категория — «управленцы», или, как пишет Нэнси Тэпп, — «концептуалисты». Это будущие инженеры, военные, архитекторы, т. е. те, кто осуществляют свои планы, управляя людьми. В детстве, как правило, они предпочитают настольные игры, а к спорту относятся прохладно, хотя физически хорошо выглядят. Этот тип «Индиго» имеет пагубную привычку к нар­котикам в подростковом возрасте, и родители должны внима­тельно за ними следить.
К третьей категории относятся «художники» — в будущем их ожидает карьера актеров, писателей, научных работников, ком­позиторов и, наконец, художников. Эти дети, как правило, весь­ма эмоциональны и гораздо более чувствительны, хотя обычно невнимательны к другим людям. К какой бы сфере человеческой деятельности они ни обратились, они всегда сохраняют твор­ческий подход.

Четвертая категория — «астральные путешественники». Эти люди в будущем смогут вести за собой массы людей и не­сти в мир новые философские и религиозные концепции. Уже с двухлетнего возраста они уверенно заявляют: «Я это знаю». У них часто проявляются экстрасенсорные способности, они могут привести себя в измененное состояние сознания. Они могут быть забиякими и задирами, потому что значительно крупнее сверстников и не умеют приспосабливаться, как дети остальных трех типов.

Для тех, кто заинтересуется этими феноменами, можно ре­комендовать две книги авторов Ли Кэрролл и Джен Тоубер «Дети Индиго»1, в которых обобщен огромный материал по этой теме и из которых читатель сможет узнать много инте­ресного, в первую очередь о воспитании подобных детей, ко­торые, без сомнения, появляются уже и у нас.
Эти книги написаны в первую очередь для родителей. Это только первый опыт, который далеко не исчерпывает тему «де­тей Индиго». Вы найдете здесь практические рекомендации, как вести себя с «детьми Индиго» в различных ситуациях.

Как пишут авторы во введении: «Мы, родители, должны осознать: прежние приемы воспитания и дисциплины уже не эффективны. И если мы сможем понять, что новые дети при­шли сюда, чтобы многому нас научить, если сможем научиться видеть мир их глазами, все в нашей жизни переменится к лучшему».

«Дети Индиго», возможно, были во все времена, но их было немного и мало кто обращал внимание на их необыкновенные способности, хотя, может быть, именно они и остались в истории как гении. Раньше считалось, что процесс эволюции homo sapiens идет чрезвычайно медленно. Но, по-видимому, придет­ся пересматривать эту точку зрения. Во всяком случае, пока идут дискуссии, каким может стать человек будущего, он уже, кажется, появился. И появился именно тогда, когда человечество бездумно губит свою планету неразумной техногенной цивилизацией, стремительно истощая природные ресурсы и привнося в окружающий мир известные негативные процес­сы. И именно теперь, в очень ответственный для человечества период, появляются новые силы. Как тут не вспомнить о на­шем земном Солярисе? И подтверждением этому звучат слова Его Святейшества далай-ламы XIV Тенцзин Гьяцо: «Я чув­ствую, я знаю, что мир становится лучше и добрее».